Что делать?
Хаотичное размышление на тему природы русской души



«без пересадки – в Царствие Небесное»


  Язык формируют мировоззрение, структурирует пространство жизнедеятельности. Налагаясь на древние поведенческие механизмы, являет в свет уникальную субстанцию-культуру. В совокупности с окружающей средой образуется культуральное пространство. Оно, живое, динамичное, дышащее, чутко реагирует на постоянно меняющиеся условия. Это пространство условно можно назвать душой народа. Она может проявлять как беспримерные вершины самоотречения, так и ужасающие глубины падения, что, к сожалению можно наблюдать сейчас, хотя и не без светлых моментов.
  Наши проблемы и их решения сокрыты в гигантском кипящем, бурлящем котле интеллекта и эмоций. Природа даёт нам механизм самоэволюции, что не раз демонстрировала наша история. Отречение, забытье в идеи, в людях чаще всего заводят в далёкие мутные дали. Это можно назвать русской интеллектуальной болезнью – «противоречие головного мозга», идущее от эмоциональной стороны сущности русского человека. С тоской и криком, с подавляющим преобладанием содержания над формой. Больная запутанность русской «непутёвой» души, кошмарная и гибельная беспорядочность нашего бытия, и тут же рядом жажда подвига и страстное искательство правды. Любой мыслящий человек у нас в стране противоречив, кто-то меньше, кто-то больше. Ноги растут из эмоциональной части вопроса. Над нами всеми довлеет монументальная глыба нашей многогранной истории, с её закоулками, обидами, лишениями. Всё это и приводит к тому, что в принципе на Руси никто и никогда ни с кем не договаривался (пока ещё), но били. И даже дело не в том, что сила правит здесь, а просто договориться пока не представляется возможным. В обществе, запутавшемся в собственных культурных артефактах, с историей, не вмещающейся в индивидуальный опыт или память, но сохранённая в текстах и изображениях, память прорывает границы индивидуального, личного и становится коллективной.
  В центре внимания русской классической литературы всегда находилась судьбы отдельной личности. Её трагедии, торжество духа, преображение, либо наоборот извращения. Этот микрокосм, его многомерность, возбуждал творцов более, чем истории каких-то приключений реального мира. Интуитивно мы чувствуем, что именно там скрывается нечто потрясающее, мощное оружие преображения. Величие.
  Но личностное считается постулатом, пока не пришло всеобщее чувствование. Вот когда оно приходит, тогда рождается новая форма надорганизменного существования. Это и есть переворот сознания, метаморфоза пространства жизнедеятельности. Только через этот механизм возможна существенная прогрессивная эволюция всего общества.
  Наша жизнь и жизнь многих поколений русских людей - это провидение, высший смысл которого сводится к иному синтезу действительности. Нахождению совершенно новых свежих форм взаимоотношений себя с собой, и между людьми и природой. Русский человек никогда не сможет смириться с азиатской покорностью, и механической развращённой бездушностью европейцев, и тем более бесшабашной ленью диких африканских народов. «Всё не то и всё не так». Сама природа преподносит нам условия сурового сопротивления.
  В последнее время выпукло стали проявляться процессы деградации: разобщение знаний, гуманитарной и естественной сферы. Внутрикультурологический диссонанс. Противоречия, выстраиваемые из постоянной борьбы объективности и субъективности. Устранить подобный разлад, чтобы вырваться за рамки фрагментированной культуры и прийти к новому синтезу, который позволит преодолеть жёсткий редукционизм науки, безразличный к человеческим ценностям и субъективизм, для которого истина – одна из возможных абстракций, это первейшая задача.
  В нашем странном настоящем влияние на внутриличностные и внеличностные процессы не только возможно, но и необходимо. Это залог выживания. А выживание - это надежда.


<НАЗАД>